• Поясной ремень.
  • Вербовочные Бесседы
  • Так выглядели похоронки
  • Бронетанковые войска СССР (вос...
  • Командир ЭМЧИ, продолжение
    Ребята, там такая каша была! Обстановка менялась не по дням, а по часам. Мы окружили Корсунь-Шевченковскую группировку немцев, они стали прорываться, с внешнего кольца немцы тоже по нам ударили, чтоб помочь вырваться из кольца своим. Бои были такие тяжелые, что за одни сутки Тыновка несколько раз переходила из рук в руки.
  • Бронетанковые войска СССР (вос...
  • ВВС СССР (воспоминания ветеран...
    В мае 1942 г. по окончании Харьковского военного авиационного училища связи, эвакуированного в Ташкент, а затем в Коканд, я в звании мл. лейтенанта был направлен на Карельский фронт в 17 ГШАП (командир полка Герой Советского Союза В.И. Белоусов). Меня назначили начальником связи эскадрильи, а позже адъютантом эскадрильи. Полк базировался на аэродромах Подужемье, Африканда, Лоухи. Личный состав начал переучиваться на самолёты Ил-2.
  • БАБИЙ ЯР.А было ли что?
  • МИФ О ХОЛОКОСТЕ
  • Пехота РККА (воспоминания вете...
    В квадратных касках, с засученными рукавами, с автоматами в руках немцы идут цепью от деревни, давая очереди, и то там, то там вылезают из своих схоронок наши солдаты. Лешка падает на меня:
    - Они совсем близко!
    Прячем винтовки под солому, и уже над нами звучит:
    - Русь! Лёс, лёс!
16:44
(Дневник.) продолжение. Октябрь1943 год. (линия Вотан)

1 октября 1943 года
Вечером, но было светло, к нам прибыл посыльный. Он дал команду двигаться в сторону НОВО-ММУНТАЛИ не доходя возля посади окопаться и отдыхать соблюдая маскировку. Костров не жечь. Что делать дальше будет сообщено дополнительно. Взводу л.т. Крупа было дано другое указание и они ушли вместе с посыльным. Мы долго смотрели как они уходят по степи. Со стороны захода солнца появилась немецкая авиация. Они десятками группа за группой, летели через нас в наш тыл, используя солнце. Оттуда где они бомбили, доносился ровный монотонный грохот стоящий как гул. Мимо нас, в место сосредоточения, туда куда ушел Крупа со своими солдатами, куда летали немецкие бомбардировщики, проследовало еще два взвода. Они смотрели на нас, спрашивая «а вы, что, не идете?». Готовлю свой взвод к выдвижению. Только вышли с огородов, видим еще одна группа самолетов противника разворачивается, и на этот раз лети на Показное.
Мы бегом, бросив пулеметы, бежим в наши окопчики, где провели ночь. Лежа на спине я наблюдал за семеркой «Лаптежников» . Самолеты построились в какую то карусель и начали кружится. Идя по кругу, каждый самолет как бы над нами снижался, сбрасывал серию бомб, и снова взмывал вверх. Но бомбы, хоть и падали над нами, слава богу, пролетали дальше огородов и рвались дальше нас, где то в домах на улицы. Рев стоял и от самолетов и от бомб. И стало темно от дыма, который медленно шел в нашу сторону. Я уже не видел самолеты, а только слышал их и видел как освещался дым вспышками. Я почти успокоился, что бомбят дальше, но вдруг земля затряслась совсем близко я услышал чей то предсмертный крик, и вслед за этим с неба на меня посыпалась земля.
Как только самолеты отбомбились, я дал команду к построению. Все мои солдаты были живы и невредимы. При свете огня я видел совсем рядом искореженную подбитую бомбой бронемашину, которую мы не заметили ранее. Я дал команду начинать движение в колонну по одному, чтоб в случае появления самолетов не перестраиваться на ходу. Рядом с нами скирда соломы была объята пламенем. И от нее было видно на сто метров в темноте. Из хутора горящего на большой скорости выскочило несколько наших танков. Один пронесся прям по этой скирде разметав ее по сторонам. Пламя стало меньше и стало хуже видно. В 200 – 300 метров от огородов окопалась, какая-то наша часть, которая сперва открыла по нам огонь, приняв за фашистов, но ни кого не убили. Наверное, стреляли выше, так как не были уверенны, так как даже в темноте с пятидесяти метров можно стрелять наверняка. Потом поняв, что мы свои, пытались нас остановить, приняв за дезертиров. Прибежал младший лейтенант, приказал взять нас под караул и отняли винтовки. Мне пришлось поговорить с их командиром, объяснять - кто я и сказать, куда, и по какому приказу мы движемся. Командир ругался на меня матом, кричал, что все мы драпаем, что он отменяет все приказы и приказывает нам занять оборону. Я сказал «Есть занять оборону. Укажите сектор» но потом успокоился, записал все в свою полевую сумку, мое имя фамилия, часть, пригрозив разобраться с нами после боя, но больше удерживать не стал. Пошли по степи дальше. Впереди дорогу нам указывало зарево над НОВО-МУНТАЛЬЮ. По дороге нам попался скапотировший немецкий самолет Юнкерс. Я никогда не видел его близко. Я не удержался, остановил взвод и мы подошли к нему. Самолет совершил вынужденную посадку. Радист был убит и висел в кабине на ремнях. Хвост ему почти отстрелили. Наверное летчик где то прячется неподалеку. Было бы светло, то нашли бы, его, или прикончили или взяли бы в плен, но уже было совсем темно.
НОВО-МУНТАЛЬ подвергся сильной бомбардировке и в нем догорали дома, освещая центральную улицу. Когда мы вошли в село, над нами пролетели несколько самолетов с юга на север и сбросили несколько бомб. Все упали навзничь, а я запрыгнул в какую-то дыру в земле. До этого, я видел, как около одного дома стояла машина, с которой разгружали раненых и переносили их в палатку за домами. Водитель наливал воду в радиатор. Потом раздался взрыв. Сверху на меня полетели доски и разный хлам и горящая солома. Я чтоб не обгореть выскочил наружу из убежища и отбежал в сторону, споткнулся и упал. Потом лежал, какое то время, чтоб убедится, что самолеты улетели. Машины не было, и дома тоже. Его обломками меня и засыпало. Машина, перевернутая и искореженная, лежала на боку на другой стороне улицы в 20 метрах правее. Тело изуродованное водителя, также с ведром, теперь, лежало у меня под ногами. Об него я и споткнулся. Стоявшие в саду, в нескольких десятках метров зенитки, даже не успели открыть огонь.
Пройдя несколько сот метров по кукурузному полю, мы соединились с нашей основной частью. Наш батальон, тоже не принимал участия непосредственно в бое, занимал оборону, то там то сям, окапывался, в конце концов опять оказался в тылу, но потерял уже несколько человек от вражеской авиации, и однажды, почти в упор с тылу несколько человек было убито близкой пулеметной очередью из лесопосадки.
Так закончился второй день нашего «наступления». Мы опять начали рыть в темноте щели. Почва была песчаная, и я тут вспомнил нашу женщину, работницу кухни в июне 1941 года. Которая говорила нам, когда мы рыли себе щели в сосновом бору – «для себя могилы роете». Потому что песок, когда рядом падает бомба, засыпает так, что потом не выбраться. Но я не стал оспаривать приказ, и ночевать под открытым небом было совсем неуютно. Самолеты ночью нас не найдут, а вот атака фрицев, или случайна пуля – вполне. Единственное, я проверил пулеметы, они оказались засыпаны песком, и я приказал их чистить, несмотря на кромешную темноту. Хорошо, что иногда показывалась луна.

Категория: Воспоминания | Просмотров: 634 | Добавил: Waffen
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]